Незыблемые перводвигатели 15 глава

— Мой племянник в один прекрасный момент ночкой лицезрел пиратский корабль у берегов Шотландии. Он писал мне, что не поверил своим очам. Корабль пиратов намного лучше, чем хоть какой в военно-морском флоте Народной Республики Англия.

— Молвят, он скрывается в одном из фиордов Норвегии, где ни Бог, ни человек его не Незыблемые перводвигатели 15 глава найдут. В средние века там скрывались викинги.

— Народные республики Португалия и Турция тоже объявили вознаграждение за его голову.

— Молвят, что в Норвегии это реальный государственный скандал. Даннешильд происходит из 1-го из самых именитых семейств страны. Их род издавна оскудел, но у него самые что ни на есть благороднейшие корешки. В Норвегии Незыблемые перводвигатели 15 глава до сего времени сохранились руины их родовых замков. Его отец епископ. Он отрекся от отпрыска и отлучил его от церкви. Но это ничего не изменило.

— А вы понимаете, что Рагнар Даннешильд обучался в США? Он выпускник Института Патрика Генри.

— Да что вы гласите! Не может быть.

— Да Незыблемые перводвигатели 15 глава. Сможете навести справки, если не верите.

— Понимаете, что меня беспокоит? Мне очень не нравится, что он появился в наших водах. Я задумывался, такое может твориться исключительно в Европе. Но чтоб в наши деньки этот разбойник появился в заливе Делавэр!

— Его лицезрели и в Нантукете, и в бухте Бар Незыблемые перводвигатели 15 глава. Газетам воспретили писать об этом.

— Почему?

— Не желают, чтоб люди знали, что военно-морской флот не может совладать с ним.

— Мне это не нравится. Это просто забавно. Просто средневековье какое-то.

Дэгни подняла глаза и увидела Франциско Д'Анкония, стоявшего в стороне в нескольких шагах от нее. Он саркастически смотрел Незыблемые перводвигатели 15 глава на нее с подчеркнутым вниманием.

— Мы живем в каком-то необычном мире, — произнесла древняя дева низким голосом.

— Я читала одну статью. В ней говорилось, что трудные времена нам на пользу и отлично, что люди оскудевают, так как терпеливо переносить лишения — добродетель, — произнесла одна из дам.

— Пожалуй, это правильно, — неуверенно Незыблемые перводвигатели 15 глава увидела другая.

— Нам не следует беспокоиться. Я слышала одну речь, оратор гласил, что нет смысла волноваться либо кого-то инкриминировать. Человек не способен противостоять своим побуждениям, таким уж его сотворила природа. От нас ничего не зависит. Мы не способен ничего поменять. Мы должны только научиться вытерпеть.

— Все равно Незыблемые перводвигатели 15 глава что толку? Что такое судьба человека? Надежды, которым не судьба реализоваться. Так было всегда. Мудрейший человек — это тот, кто даже не пробует надежды.

— Вот это верный подход.

— Не знаю... Я больше не знаю, что верно, а что нет... Откуда мы можем это знать?

— Да. Кто таковой Джон Галт?

Дэгни Незыблемые перводвигатели 15 глава резко оборотилась и отошла. Одна из дам последовала за ней.

— Но я-то знаю, — произнесла она тихим и таинственным голосом, как будто посвящая Дэгни в величавую тайну.

— Что вы понимаете?

— Я знаю, кто таковой Джон Галт.

— Понимаете? — резко произнесла Дэгни и тормознула.

— Я знаю человека, который был лично знаком с Незыблемые перводвигатели 15 глава Джоном Галтом. Этот человек — старенькый друг моей двоюродной бабушки. Он был там и лицезрел, как все вышло. Мисс Таггарт, вы понимаете легенду об Атлантиде?

— О чем?

— Об Атлантиде.

— Знаю, правда, не прекрасно. А что?

— Острова блаженных. Так тыщи годов назад называли их греки. Они считали, что в Атлантиде в тайне от Незыблемые перводвигатели 15 глава остального мира счастливо обитают души героев. Попасть туда могли только души храбрецов и героев, и попадали они туда не умирая, так как уносили с собой тайну жизни. Уже тогда Атлантида была потеряна для населения земли. Но греки знали, что она существует. Они пробовали найти ее. Некие из их гласили Незыблемые перводвигатели 15 глава, что она под землей, в самом сердечко планетки. Но большая часть веровало, что Атлантида — полуостров. Зияющий полуостров в океане на западе. Может быть, то, что они называли Атлантидой, была Америка. Они так и не отыскали ее. Столетия спустя люди решили, что это всего только легенда. Они не верили Незыблемые перводвигатели 15 глава в Атлантиду, но всегда находили ее, так как знали, что отыскать ее нужно обязательно.

— А при чем тут Джон Галт?

— Он отыскал ее.

Дэгни утратила всякий энтузиазм к разговору.

— Кто он был таковой?

— Джон Галт был миллионером. Он был сказочно богат. В один прекрасный момент ночкой, пересекая на собственной яхте Незыблемые перводвигатели 15 глава просторы Атлантики, он попал в ужасный шторм. Тогда он и отыскал ее. В глубине океана он увидел полуостров, который затонул, став недостижимым для людей. Он увидел сиявшие на деньке океана башни Атлантиды. Это было зрелище, в один прекрасный момент взглянув на которое, человеку больше не хотелось созидать остальной мир Незыблемые перводвигатели 15 глава. Джон Галт затопил собственный корабль и пошел ко дну вкупе со всей командой. Они создали это добровольно. Мой друг был единственным человеком, который спасся.

— Как любопытно.

— Мой друг лицезрел все это своими очами, — обиделась дама. — Это случилось много годов назад, но семье Джона Галта удалось замять Незыблемые перводвигатели 15 глава эту историю.

— А что случилось с его состоянием? Я никогда в жизни не слышала о состоянии Джона Галта.

— Оно затонуло вкупе с ним, — вызывающе ответила дама. — Желаете веруйте, желаете нет, мисс Таггарт.

— Мисс Таггарт не верует вам, — произнес Франциско Д'Анкония. — А вот я верю.

Дамы обернулись. Он шел за ними Незыблемые перводвигатели 15 глава и все слышал, а на данный момент стоял и с подчеркнутой и даже несколько вызывающей серьезностью смотрел на их.

— Вы вообщем когда-нибудь во чего-нибудть верили, сеньор Д'Анкония? — сурово спросила дама.

— Нет, мадам.

Дама тотчас же отошла в сторону. Франциско рассмеялся.

— Ив чем все-таки соль шуточки? — холодно Незыблемые перводвигатели 15 глава спросила Дэгни.

— В глупости этой дамы. Она даже не подозревает, что произнесла для тебя правду.

— И ты думаешь, я поверю этому?

— Нет.

— Тогда что все-таки ты находишь настолько смешным?

— О, я вижу тут сейчас много смешного. А ты что, не видишь?

— Нет.

— Ах так раз это я Незыблемые перводвигатели 15 глава и нахожу смешным — в числе остального.

— Франциско, оставь меня, пожалуйста, в покое.

— А я что, навязываюсь для тебя? Разве ты не увидела, что 1-ая заговорила со мной сейчас?

— Почему ты всегда следишь за мной?

— Из любопытства.

— И что все-таки тебя интересует?

— Твоя реакция на вещи, которые ты не находишь Незыблемые перводвигатели 15 глава смешными.

— Какое для тебя дело, как я на их реагирую?

— Это один из моих методов отлично проводить время. Мне забавно, чего, кстати, не скажешь о для тебя, Дэгни. Либо я не прав? К тому же ты тут единственная дама, на которую приятно поглядеть.

И он поглядел Незыблемые перводвигатели 15 глава на нее так, что ей следовало бы рассердиться и уйти. Но она стояла бездвижно, тем бросая ему вызов. Она стояла в собственной обыкновенной позе — выпрямившись, высоко подняв голову, в неженственной позе управляющего. Но оголенное плечо выдавало хрупкость укрытого под черным платьицем тела, и потому ее поза присваивала ей настоящую Незыблемые перводвигатели 15 глава женственность. Ее гордая сила вроде бы кидала вызов силе еще большей, а хрупкость напоминала о способности поражения. Она этого не понимала. Она не знала никого, кто сумел бы это узреть.

Смотря на нее, Франциско произнес:

— Дэгни, какое никчемное великолепие!

Ей ничего не оставалось, как оборотиться и поспешно уйти. В первый раз Незыблемые перводвигатели 15 глава за многие годы она ощутила, что багровеет, — багровеет поэтому, что вдруг сообразила: Франциско выразил словами то, что она чувствовала весь вечер.

Она практически бежала, стараясь ни о чем же не мыслить. Ее приостановила музыка. Это были звуки, в один момент донесшиеся из радиоприемника. Она увидела, как Морт Лидди, включивший Незыблемые перводвигатели 15 глава его, замахал руками, подзывая собственных друзей и выкрикивая: «Вот она! Вот она! Я желаю, чтоб вы послушали».

Величавый всплеск звуков был прелюдией из 4-ого концерта Хэйли. Звук нарастал в мучительном триумфе, выражая отрицание боли, гимн дальнему видению. Позже мелодия оборвалась. В музыку как будто швырнули пригоршню булыжников, смешанных Незыблемые перводвигатели 15 глава с грязюкой, потом раздался звук перекатывающихся камешков и капающей воды. Это был концерт Хэйли, переделанный в пользующийся популярностью мотивчик. Возвышенная удовлетворенность перевоплотился в пошлое кабацкое веселье. И все таки конкретно следы музыки Хэйли присваивали форму этой мелодии, поддерживая ее, как будто спинной хребет.

— Хорошо, да? — хвастливо произнес Морт Лидди Незыблемые перводвигатели 15 глава, нервно улыбаясь. — Даже очень недурно, да? Наилучшая киномузыка года. Премия на фестивале и длительный договор. Это ведь моя музыка к кинофильму «Рай в твоем саду».

Дэгни стояла, обводя взором гостиную, как будто ее вид был должен стереть в сознании звуки мелодии. Она медлительно озиралась в поисках укрытия и вдруг Незыблемые перводвигатели 15 глава увидела Франциско, который стоял, прислонившись к колонне и скрестив руки на груди. Он смотрел ей прямо в глаза и хохотал.

Не дрожи так, поразмыслила Дэгни. Уходи отсюда. Ее захлестывал гнев, который она была не способен сдержать. Не гласи ничего. Иди тихо. И уходи, уходи отсюда, гласила она для Незыблемые перводвигатели 15 глава себя.

Дэгни пошла к выходу. Она двинулась медлительно и осторожно, но услышала слова Лилиан и тормознула. За вечер Лилиан повторила это уже огромное количество раз в ответ на один и тот же вопрос, но Дэгни услышала ее слова в первый раз.

— Это? — гласила Лилиан, выставив руку с железным браслетом на обозрение Незыблемые перводвигатели 15 глава двум холеным дамам. — Почему же, нет. Это не из скобяной лавки, это особо ценный подарок моего супруга. О да, я понимаю, он ужасен. Но как видите, по идее этот браслет просто бесценен. Естественно, я охотно поменяла бы его на обычный бриллиантовый, но почему-либо мне никто этого не предлагает Незыблемые перводвигатели 15 глава, хотя ему цены нет. Почему? Дорогая моя, это 1-ая вещь, изготовленная из металла Реардэна.

Дэгни больше не лицезрела и не слышала ничего вокруг. Она ощущала, как гробовая тишь давит ей на барабанные перепонки. Она утратила чувство времени. На данный момент она не понимала никого: ни себя, ни Лилиан Незыблемые перводвигатели 15 глава, ни Реардэна — и не понимала смысла собственного поступка. Это было мгновение, вырванное из времени. Она лицезрела только браслет из зеленовато-голубого металла.

Дэгни сорвала со собственной руки бриллиантовый браслет и услышала собственный спокойно-ледяной, лишенный чувств глас, прозвучавший в мертвой тиши:

— Если вы смелее, чем мне представляется, вы поменяетесь Незыблемые перводвигатели 15 глава со мной.

Она протянула собственный бриллиантовый браслет Лилиан.

— Мисс Таггарт, вы что, шутите? — произнес дамский глас.

Гласила не Лилиан. Лилиан смотрела прямо в глаза Дэгни и понимала, что та гласила серьезно.

— Дайте мне этот браслет, — произнесла Дэгни, подняв руку выше. Бриллиантовый браслет заискрился под лучами света.

— Это просто вопиюще! — выкрикнула какая Незыблемые перводвигатели 15 глава-то дама. Ее глас прозвучал необычно резко.

Дэгни в конце концов поняла, что вокруг стоят люди и что они все молчат. Сейчас она слышала звуки, даже музыку: откуда-то издалека доносился изуродованный концерт Хэйли.

Она увидела Реардэна. У него было такое лицо, как будто в душе Незыблемые перводвигатели 15 глава его тоже что-то исковеркано, как и музыка, но она не могла осознать что. Он следил за ними.

Лилиан изобразила на лице жалкое подобие ухмылки. Она сняла браслет, положила его на ладонь Дэгни и взяла бриллианты.

— Спасибо, мисс Таггарт, — произнесла она.

Дэгни сжала в ладошки железные звенья. Она ощущала только их Незыблемые перводвигатели 15 глава, больше ничего.

Лилиан обернулась — к ней подошел Реардэн. Он взял бриллиантовый браслет, надел его на запястье супруги, поднес ее руку к губам и поцеловал.

На Дэгни он даже не посмотрел.

Лилиан засмеялась. Засмеялась забавно и непосредственно. Это разрядило обстановку и возвратило все на свое место.

— Мисс Таггарт, когда передумаете, сможете Незыблемые перводвигатели 15 глава его забрать, — произнесла Лилиан.

Дэгни отвернулась. Она ощущала себя размеренной и раскрепощенной. Ее больше ничто не подавляло. Желание уйти пропало.

Она застегнула браслет на запястье. Ей нравилось чувствовать его тяжесть. Она вдруг ощутила женское тщеславие, которого ранее никогда за собой не замечала: ей хотелось, чтоб все Незыблемые перводвигатели 15 глава узрели ее с этим украшением на руке.

До нее доносились возмущенные голоса: «В жизни не лицезрела такового оскорбительного поступка... Это просто вопиюще... Лилиан верно сделала, что изловила ее на слове и взяла этот браслет. Так ей и нужно, раз вздумалось выкинуть несколько тыщ долларов».

Остаток вечера Реардэн не отходил Незыблемые перводвигатели 15 глава от супруги. Он участвовал в ее дискуссиях, хохотал совместно с ее друзьями. Он вдруг перевоплотился во внимательного, любящего супруга, который восторгается собственной супругой. Дэгни подошла к нему, когда он пересекал гостиную, держа в руках поднос с бокалами, — кому-то из гостей захотелось испить. Такового рода «неформальный» жест был для него очень нехарактерен Незыблемые перводвигатели 15 глава и очень ему не шел.

Она тормознула и поглядела на него так, как будто они были у него в кабинете. Она стояла с высоко поднятой головой, в позе управляющего. Он поглядел на нее. Его взор скользнул от кончиков пальцев Дэгни до ее лица, но он лицезрел только собственный Незыблемые перводвигатели 15 глава браслет на ее руке.

— Извини, Хэнк, но я обязана была так поступить, — произнесла она.

Его взор ничего не выражал, но ей вдруг стало максимально ясно, что он ощущает. Она была уверена, что ему охото дать ей пощечину.

— В этом не было необходимости, — холодно ответил он и пошел далее.

* * *

Когда Реардэн Незыблемые перводвигатели 15 глава вошел в спальню супруги, было уже очень поздно. Лилиан еще не спала. На ночном столике горел свет.

Она лежала в постели, обложенная подушками в бледно-зеленых льняных наволочках. На Лилиан была пижама из бледно-зеленого атласа, которая посиживала на ней с безупречностью, которую можно узреть только Незыблемые перводвигатели 15 глава на манекене в витрине магазина. Свет затемненной лампы напоминал расцветающую яблоню, он падал на столик, где стоял стакан с фруктовым соком, лежала книжка и серебряные туалетные принадлежности, блестевшие как хирургические инструменты. Кожа рук Лилиан была фарфорово нежна. На губках поблескивали остатки бледно-розовой помады. Смотря на Лилиан, никак нельзя было сказать Незыблемые перводвигатели 15 глава, что вечер заморил ее, — в ней так отсутствовали признаки жизни, что и утомляться было нечему. Спальня напоминала композицию из престижного журнальчика: дама отходит ко сну, и беспокоить ее нельзя.

Реардэн был как и раньше в смокинге, но он ослабил галстук, и прядь волос свисала ему на лицо. Она Незыблемые перводвигатели 15 глава поглядела на него без тени удивления, как будто отлично знала, как отразился на нем последний час, проведенный в собственной комнате.

Он молчком смотрел на нее. Он уже издавна не входил к ней в спальню и на данный момент сожалел, что вошел.

— Разве в таких случаях не полагается мало Незыблемые перводвигатели 15 глава поговорить, Генри?

— Если хочешь.

— Ты не мог бы прислать кого-нибудь из собственных превосходных профессионалов, чтоб он проверил нашу печь? Она погасла во время приема, и бедный Саймоне намаялся, пока смог ее

растопить. Миссис Вестон произнесла, что наилучшее, что у нас есть, — это повар, ей очень приглянулись закуски... Больф Юбенк Незыблемые перводвигатели 15 глава очень весело отозвался о для тебя. Он произнес, что ты крестоносец, шлем которого декорируют не перья, а дым, валящий из заводской трубы... Я рада, что для тебя не приглянулся Франциско Д'Анкония. Я его вытерпеть не могу.

Он совершенно не задумывался о том, как разъяснить собственный приход, не знал, скрыть Незыблемые перводвигатели 15 глава свое поражение либо признать его, уйдя из спальни. Ему вдруг стало совсем индифферентно, что она могла поразмыслить либо ощутить. Он подошел к окну и стоял, смотря на улицу.

«Почему она вышла за меня замуж?» — задумывался он. Восемь годов назад, в денек их женитьбы, он не задавался этим вопросом. С того времени Незыблемые перводвигатели 15 глава, чувствуя мучительное одиночество, он спрашивал себя об этом огромное количество раз, но так и не отыскал ответа.

Она вышла за него не ради положения в обществе и не ради средств. Семья Лилиан имела и то и это. Правда, их фамилия не значилась посреди самых именитых и состояние Незыблемые перводвигатели 15 глава было достаточно умеренным, но все таки этого было полностью довольно для того, чтоб открыть ей доступ в высшее общество Нью-Йорка, где Реардэн и повстречал ее. Девять годов назад его возникновение в Нью-Йорке было подобно взрыву бомбы. Он появился озаренный блестящим фуррором «Реардэн стил», тогда как наилучшие специалисты считали Незыблемые перводвигатели 15 глава этот фуррор неосуществимым. Конкретно его безразличие и равнодушие стали предпосылкой настолько пристального внимания к нему. Он не знал, что в высших кругах считали, что он захотит приобрести для себя доступ в высший свет, и предвкушали наслаждение, которое они получат, отвергнув его. У Реардэна не было времени увидеть, как очень он Незыблемые перводвигатели 15 глава их разочаровал.

Он нехотя посетил несколько приемов, на которые его приглашали люди, стремившиеся заручиться его доверием и захватить его размещение. Он не знал, но они знали, что его учтивая вежливость была просто снисходительностью к людям, которым полагалось бы глядеть на него свысока, к людям, которые говорили, что время Незыблемые перводвигатели 15 глава величавых свершений издавна миновало.

Его завлекла строгость Лилиан, — точнее, несоответствие меж строгостью ее нрава и ее поведением. Ему никогда никто не нравился, и он в свою очередь не рассчитывал кому-нибудь приглянуться. Его внимание завлекла дама, которая очевидно преследовала его, но со настолько очевидной неохотой, как будто это происходило Незыблемые перводвигатели 15 глава кроме ее воли, как будто она боролась с желанием, внушавшим ей омерзение. Конкретно она назначала ему свидания, а потом встречала его с холодком, как будто ей было индифферентно, как он к этому относится. Гласила она не достаточно и казалась таинственной; это как будто давало подсказку ему, что он никогда не Незыблемые перводвигатели 15 глава сумеет преодолеть ее горделивое отчуждение. И в то же время в ней было что-то радостное, насмехавшееся над его и ее своей страстью.

В жизни Реардэна было не много дам. Он шел к собственной цели, отметая все, что не имело к ней дела, — как в внешнем мире, так и Незыблемые перводвигатели 15 глава внутри себя самом. Преданность работе была пламенем, с которым он привык иметь дело, огнем, который сжигал все малозначительное, всякую примесь, попадавшую в поток незапятнанного расплавленного металла. Ни до чего другого ему не было дела. Но время от времени его обхватывало желание, желание так исступленное и страстное Незыблемые перводвигатели 15 глава, что он не мог справиться с ним. Пару раз за долгие и длительные годы он поддавался ему, поддавался с дамами, которые, как он задумывался, были ему небезразличны. Но позже ощущал только пустоту, — ему хотелось вкусить сладость победы, хотя он и не знал, какой конкретно, а он получал только готовность поделить с Незыблемые перводвигатели 15 глава ним мимолетное наслаждение и отлично понимал, что победы его лишены смысла. У него не было чувства, что он что-то заполучил, только чувство собственного падения. Он стал непереносить свое желание. Пробовал подавить его. Он начал веровать, что желание имеет чисто физиологическую природу, — хочет не сознание, а плоть, — и Незыблемые перводвигатели 15 глава восстал против мысли, что его плоть может свободно выбирать и этот выбор не подвластен воле его разума. Он провел жизнь на рудниках и заводах, придавая материи форму, которая ему была нужна. Он делал это при помощи силы собственного разума, и для него была нестерпима идея, что он не может Незыблемые перводвигатели 15 глава подчинить разуму материю собственного тела. Он выигрывал все схватки с неживой природой, но эту битву он проиграл.

Он желал Лилиан поэтому, что она казалась труднодоступной. Она казалась дамой, достойной пьедестала и знающей это. Вот поэтому Реардэну хотелось стащить ее вниз, к для себя в кровать. «Стащить ее вниз» — эти слова всегда Незыблемые перводвигатели 15 глава крутились у него в голове. От этих слов он получал какое-то непонятное наслаждение, в их заключался смысл победы, которая стоила того, чтоб ее одержать.

Он не мог осознать, считая это каким-то не поддающимся объяснению противоречием, признаком собственной сокрытой внутренней порочности, почему вкупе с тем он Незыблемые перводвигатели 15 глава гордился собой при мысли о том, что избранная им дама будет называться его супругой. Это было высочайшее и светлое чувство, как будто, владея дамой, он желал оказать ей величавую честь. Лилиан будто бы соответствовала тому виду, который он, сам того не сознавая, представил, но он не знал, что отыскивает Незыблемые перводвигатели 15 глава конкретно это. Он лицезрел в ней изящество, гордость, чистоту. Тогда он не знал, что лицезреет в ней только собственное отражение.

Он вспомнил денек, когда Лилиан приехала из Нью-Йорка в его кабинет, — приехала сама и попросила показать ей завод. Он слышал ноты восхищения в ее голосе, когда она, осматриваясь вокруг Незыблемые перводвигатели 15 глава, расспрашивала его о работе. Он смотрел на ее грациозную фигуру, освещенную вырывавшимися из печи пламенными вспышками, смотрел, как она просто и стремительно шагала рядом с ним на собственных больших каблуках мимо груд шлака. Когда она смотрела на текущую расплавленную массу, ее лицо как будто выражало чувство, которое испытывал он сам Незыблемые перводвигатели 15 глава и которое сейчас мог следить со стороны. Когда она посмотрела на него, он увидел в ее очах то же выражение, но еще больше сильное, отчего она казалась совсем немощной и преданной. В тот вечер, за ужином, он сделал ей предложение.

Скоро после женитьбы он признался себе, что их брак Незыблемые перводвигатели 15 глава — это пытка. Он отлично помнил тот вечер, когда произнес для себя, что заслужил эту муку и будет безропотно вытерпеть ее. В тот вечер он стоял у кровати и смотрел на супругу. Вены на его запястьях конвульсивно вздулись. Лилиан не смотр на него. Она расчесывала волосы. «Можно мне сейчас заснуть Незыблемые перводвигатели 15 глава?» — спросила она.

Лилиан никогда ни в чем же не противилась ему, никогда в чем же не отказала. Она отдавалась ему всегда, когда он этого желал. Она подчинялась ему, как будто считала, что время от времени просто должна перевоплотиться в неодушевленный предмет, которым пользуется ее супруг.

Она не осуждала Незыблемые перводвигатели 15 глава его. Она ясно отдала осознать, что воспринимает как подабающее тот факт, что мужикам характерны низкие инстинкты и желания, которые составляют сокрытую, уродливую сторону брака. Была снисходительно терпима. Саркастически и брезгливо улыбалась при виде той исступленной страсти, которая обхватывала его во время близости. «Это самое недостойное занятие, которое я знаю, — произнесла Незыблемые перводвигатели 15 глава она в один прекрасный момент, — но я никогда не питала иллюзий относительно того, что мужчины кое-чем отличаются от животных».

Его страсть к ней погибла в первую же неделю после женитьбы, осталась только потребность, против которой он был бессилен. Он никогда в жизни не был в общественном доме Незыблемые перводвигатели 15 глава, но время от времени ему казалось, что презрение к для себя, которое он испытал бы, войдя туда, было бы под стать чувству, которое он испытывал, когда, не устояв перед желанием, заходил в спальню супруги.

Нередко он заставал ее читающей. Она откладывала книжку в сторону, заложив страничку белоснежной Незыблемые перводвигатели 15 глава ленточкой. Когда он, обессилев, лежал с закрытыми очами и конвульсивно дышал, она включала свет, открывала книжку и расслабленно продолжала читать.

Он гласил для себя, что заслужил эти мучения, так как ему хотелось больше никогда не дотрагиваться к ней, но он был не способен следовать собственному решению. Он презирал себя Незыблемые перводвигатели 15 глава за это. Он презирал эту потребность, в какой не осталось и тени радости либо смысла, которая стала только потребностью в женском теле — чужом теле, принадлежавшем даме, о которой он должен был запамятовать, обнимая это тело. Он пришел к убеждению, что эта потребность глубоко грешна.

Он не осуждал Лилиан. Он испытывал к Незыблемые перводвигатели 15 глава ней холодно-равнодушное почтение. Ненавидя свое желание, он уверовал в то, что незапятнанная дама — это дама, неспособная получать физическое удовольствие.

Все истязающие годы собственного брака Реардэн не позволял для себя даже мысли о брачной измене. Он отдал для себя слово и решил держать его. Это не было верностью Незыблемые перводвигатели 15 глава Лилиан. Не личность Лилиан он желал защитить от бесчестья — личность собственной супруги.

На данный момент, стоя у окна, он задумывался об этом. Он не желал заходить в ее спальню. Он сопротивлялся этому. Но еще яростнее он пробовал подавить внутри себя понимание предпосылки, по которой сейчас был не способен победить искушение. Лицезрев Незыблемые перводвигатели 15 глава Лилиан, он вдруг сообразил, что даже не прикоснется к ней, — не прикоснется по той же причине, по которой пришел в ее спальню.

Он стоял бездвижно, чувствуя себя свободным от желания, чувствуя облегчение от понимания равнодушия к своей плоти, к этой комнате, даже к собственному присутствию в ней. Он Незыблемые перводвигатели 15 глава отвернулся, чтоб не созидать девственной чистоты Лилиан. Он задумывался, что должен испытывать к ней почтение, но ощутил омерзение.

— ...доктор Притчет произнес, что наша культура погибает поэтому, что наши институты обязаны зависеть от подачек мясников, сталеваров и хлебопеков...

«Почему она вышла за меня замуж?» Этот незапятнанный, гулкий глас звучал Незыблемые перводвигатели 15 глава не случаем. Лилиан знала, почему он пришел. Знала, каково ему будет, когда он увидит, как она возьмет серебряную пилочку и, продолжая забавно болтать, начнет полировать ногти. Она гласила о вечере, не упоминая Бертрама Скаддера либо Дэгни Таггарт.

К чему она стремилась, выходя за него замуж? Он ощущал, что она управлялась прохладным Незыблемые перводвигатели 15 глава расчетом, но не лицезрел, в чем ее можно обвинить. Она никогда не пробовала использовать его. Ничего от него не добивалась. Ее не заинтересовывал престиж, основанный на промышленной мощи, она третировала им и предпочла свой круг друзей. Средства ее тоже не заинтересовывали. Она растрачивала не достаточно и Незыблемые перводвигатели 15 глава была полностью флегмантична к той роскоши, которую он мог бы ей позволить.

Он был не вправе осуждать ее, и у него никогда не было никаких оснований для расторжения брака. Она была добросовестной дамой. От него ей не надо было ничего вещественного.

Он оборотился и утомилось поглядел на нее:

— В последующий раз, когда Незыблемые перводвигатели 15 глава будешь устраивать прием, приглашай только людей собственного круга. Не надо приглашать тех, кого ты считаешь моими друзьями. Я не желаю встречаться с ними в обществе.

Удовлетворенная его словами, Лилиан удивленно рассмеялась:

— Полностью делю твои чувства, дорогой.

Он вышел из спальни, не прибавив ни слова.

Чего она Незыблемые перводвигатели 15 глава от него желала? Чего добивалась? В том мире, в каком жил Реардэн, на этот вопрос не было ответа.

Глава 7


ng-golovko-yup-samojlov-vd-bogachev-nauchnihrabo-t.html
nganasani-malie-narodi-rossii-referat.html
nhs-zvezdnaya-diskoteka-duet-alya-bodilovskaya-lolita-isakova.html